Умма-хан V

Из истории Дагестана

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Уммахан

Умма-хан (Омар-хан[к 1]) Аварский по прозвищу Великий[4] или Бешеный[5][6][7] (1761 или 1762, Хунзах — 22 марта 1801, Балакен) — аварский нуцал[к 2], правитель Аварского ханства с 1774 по 1801 год[9].

Умма-хан встал во главе Аварского ханства в возрасте 12 или 13 лет. Сменил на престоле своего отца Мухаммад-нуцала IV[10], который был вероломно убит акушинцами во время переговоров с Фатали-ханом Кубинским[11][12].

При Умма-хане Аварское ханство расширило свои границы как за счёт подчинения аварских вольных обществ[к 3], так и за счёт соседних территорий[14][15].

Умма-хану платили дань грузинский царь Ираклий II, дербентский, кубинский, бакинский, ширванский, шекинский ханы и ахалцихский паша[16][17]. Кроме того, он обложил данью Карабахское ханство[18], Тушетию[19][20] и[к 4] некоторые чеченские общества[21][22]. Ему подчинялась также Джарская республика[23].

Будучи дальновидным и тонким политиком, Умма-хан понял возможности Российской империи. Он отказался принять участие в восстании шейха Мансура, считая, что сила Российского государства велика и люди, выступающие против России, «должны обладать по меньшей мере организацией, необходимой для самоуправления», а у дагестанского населения вовсе нет силы и организации[24].

Происхождение

Генеалогическая схема аварских нуцалов, составленная А. Берже

Умма-хан родился в 1761 или 1762 году, в семье аварского хана Мухаммад-нуцала IV и Баху, дочери Хан-Мухаммада Кайтагского[4].

В начале 1740-х годов в Хунзахе укрывались члены семьи кайтагских уцмиев, что предопределило возникновение в дальнейшем династических браков между аварскими и кайтагскими правящими домами. Бежавший от полчищ Надир-шаха, кайтагский уцмий Ахмад-хан провёл в Аварии целый год и в 1743 или 1744 году выдал за Мухаммад-нуцала Баху, дочь своего покойного сына Хан-Мухаммада[25].

От Баху у Мухаммад-нуцала, кроме Умма-хана, было ещё три дочери: Хистаман, Аймесей и Бахтика. Вторую жену Мухаммад-нуцала звали Марьям; это была грузинка, принявшая ислам. Она родила Мухаммад-нуцалу сына по имени Гебек[4].

Происхождение имени

Существуют мнения, что Умма-хан (Умахан) взято от имени Омар-хан. То же подтверждал и Гасан Алкадари, в частности обосновывая это тем, что в Дагестане искажения имён бывают часто[26].

Личные качества

Волк со штандартом — родовое знамя аварских нуцалов[27].

Развёрнутую характеристику, на основе устных и письменных источников местного происхождения, Умма-хану дал учёный-историк второй половины XIX века Х. Геничутлинский:

Ума-хан — сын Мухаммад-нуцала, был красивым мужчиной, преисполненным глубокого достоинства, человеком выдержанным и в то же время отважным, приветливым и благодетельным. У него было прекрасное лицо, приятный тембр речи. Говорил он на литературном языке и обладал хорошей памятью. С людьми, находившимися в унылом состоянии, он старался шутить, чтобы редким, интересным словом или выражением, успокоить их и даже развеселить. Из уст его никогда не исходили гнусные слова и гневные речи. Будучи и в радости и в горе, при народе он постоянно улыбался, как знатным людям, так и самым что ни есть низким, и этим заставлял их забывать свои тревоги и печали.

Во внутренней политике Умма-хан старался избегать жестокостей, был мягким, щедрым и милосердным человеком. «На фоне же князей и властителей», писал Х. Геничутлинский, «он был подобен свирепому льву. Он презирал страх. Прославленные эмиры при встрече с ним вели себя как ягнята»[4].

Говоря об Умма-хане, русский историк М. М. Ковалевский отмечал, что он был человек предприимчивый, храбрый и отважный. Он имел сильное влияние на соседние народы и представлял собой повелителя всего Дагестана[15][28]. Характеризуя Умма-хана, генерал русской армии А. А. Неверовский писал,

что ни одно владетельное лицо в Дагестане не достигало до той степени могущества, как Омар-Хан Аварский. И если Казикумыки гордятся своим Сурхай-Ханом, то Аварцы, всегда самое сильное племя в горах, ещё более имеют права вспоминать с гордостью об Омар-Хане, бывшем действительно грозою всего Закавказья[16].

Военные походы

Умма-хан прославился прежде всего своими многочисленными военными походами в закавказские страны[29]. По сообщению А. А. Неверовского, никогда дагестанские горцы «не были так страшны, вообще для всего Закавказья, как во второй половине XVIII столетия, а в особенности когда имели предводителем Омар-Хана Аварского»[16].

Война дагестанских владетелей против Фатх-Али Кубинского

Усиление власти и расширение сферы влияния Фатали-хана встревожило соседних владетелей. В первый год своего правления, Умма-хан, вместе с другими дагестанскими феодалами, из числа его родственников, выступил против кубинского Фатали-хана, чтобы отомстить за смерть своего отца[30]. Конкретно в сложившуюся антикубинскую коалицию дагестанских владетелей вошли кайтагский уцмий Амир-Хамза, мехтулинский Али-Султан, табасаранский Рустем-кадий, казанищинский Тишеиз-Магомед (Мухаммад-тишсиз); к ним примкнули также владетели Засулакской Кумыкии — эндреевский Темир-Хамдин, Али-Султан Казаналипов, костековский Алиешев и др.[31]. В июле 1774 года[32], собрав 4-тысячное войско, в Гавдушанском сражении, близ города Худат, они разгромили 8-тысячный отряд кубинского хана и вынудили его бежать. Фатали-хан потерял часть своих владений, сохранив за собой лишь горные области. Так, он лишился Дербента, Сальян, Кубы, Кулгана, Ширвана и всех принадлежащих к ним уездов, до реки Кура[33]. В бою погибли Мухаммад-тишсиз, Эльдар-бек Казикумыкский и майсум Шейх Али-бек[32]. Об этих событиях рассказывается в народной песне Дагестана[34]:

Поведя мощную рать с собой.
Остановился Кази около Худата…
Слышно, идёт кубинский хан
С пушками на запряжённых лошадьми повозках,
С орудиями, навьюченными на катерах.
«Посмотрим на тебя, осмелившегося войти в мои владения!»
Но увидев снаряжение рати Кази,
Стал кричать кубинский хан:
«Если золота хочешь — навьючу им катеров,
Владений, если хочешь — половину дам,
Иди, говорит, младший брат, на мир со мной!»
«Твоего и моего отца мир —
То друг другу направляемые свинцовые пули!
Теперь же между нами прочный мир —
Это стальные сабли, которыми мы будем биться,
Они—между нами посредники!»
Сказав эти слова в ответ.
Как орёл бросается на курочек.
Ударил Кази на Казильбашей.

Потерпевший поражение Фатали-хан, отступил к Сальянам. Казикумухский хан Мухаммад занял Кубу и «начал осуществлять ханскую власть», а в Ширване была восстановлена власть Агаси-хана[35]. Амир Гамза попытался хитростью овладеть Дербентом, которым в отсутствии мужа управляла его сестра Тути-бике. Известно, что Фатали-хан управление Дербентом нередко поручал супруге, а в помощники ей назначал одного из преданных ему дербентских беков[36]. Сопровождая тело убитого Мухаммада-тишсиза[32], Амир Гамза подошёл к городу и сообщил сестре о том, что Фатали-хан погиб в сражении и что он привёз его тело. Однако Тути-бике разгадала замыслы брата и по преданию вышла на городские стены и приказала открыть огонь по его войскам, а затем выслала отряд, который заставил Амира Гамзу отойти в Мюшкур[37]. В мужской одежде она постоянно находилась на крепостных стенах. Исследователь истории Дербента Е. И. Козубский писал: «Мужественная жена Фатали-хана Тути-бике… с твёрдостью мужчины обороняла город против брата; она, как львица, стояла на крепостных валах, сама распоряжалась всем, огнём крепостных орудий угрожая брату»[38]. И. Н. Березин отмечал, что «неустрашимая Туту-бике, однажды обманутая братом, защищалась храбро и сохранила Дербент мужу»[39]. Вскоре уцмий, собрав войско, напал на Баку, а затем вновь осадил Дербент. Фатали-хан тайно пробрался в Дербент, к которому стали «стекаться… приверженцы его»[35].

Начало экспансии Российской Империи в Дагестане. Продолжение противостояния с Фатх-Али Кубинским

Находясь в тяжёлом положении, Фатали-хан ещё из Сальян отправил в Петербург к императрице Екатерине II посланника Мирзу-бека Баята с письмом, в котором обращался за помощью и просил принять его в подданство Российской империи[31]. С просьбой о помощи он обратился и к шамхалу тарковскому. Шамхал не смог оказать поддержки и в январе 1775 года обратился к России с просьбой оказать помощь Фатали-хану[35]. Русское командование снарядило экспедицию в количестве 2530 человек под командованием генерала Медема, которая 1 марта того же года направилась в Дагестан. Касаясь похода русских войск, Искандер-бек Гаджинский отмечал: «Это обстоятельство имело большое влияние на судьбу Фет-Али-хана и было главною причиною успехов, приобретённых им впоследствии»[40]. Осаждавший девятый месяц Дербент уцмий Амир Гамза, снял осаду и выступил против Медема, но в местечке Иран-Хараб русские войска нанесли ему поражение. Фатали-хан отправил к Екатерине II ключи от города Дербент и вновь поппросил его принять в подданство России[40]. 10 мая того же года часть русских войск численностью 1411 человек во главе с майором Криднером вместе с отрядом Фатали-хана двинулись в Кайтаг и Табасаран. Вбилизи селения Башлы на них напал Амир Гамза, «но действием артиллерии был опрокинут с величайшим уроном и обратился в бегство»[41]. По словам Г. Алкадари войска Фатали-хана «разграбили много имущества» в селениях кюринской плоскости[42]. Оттуда Фатали-хан с царскими войсками направились в Табасаран. Табасаранцы, «надеясь на своё крепкое местоположение», решили защищаться, но были разбиты в местности Калух[42]. Однако в одном из сражений Криднер и Фатали-хан были окружены в тесном ущелье и, понеся значительный урон, вынуждены были вернуться в Дербент[41].

Несмотря на такой исход событий, участники антикубинской коалиции запросили мира, при условии, что Фатали-хан «не в Дербенте, а в Кубе, в ему принадлежащем месте был, ему тогда и аманатов дать в состоянии и быть верным по всем удовольствие сделают»[43]. Но русское командование не приняло их условия, указав, что Дербент останется во владении кубинского хана. На данном этапе российское правительство было заинтересовано в примирение враждующих сторон. 24 марта и затем в апреле 1776 года в селении Дербах удалось провести сборы, в которых приняли участие Фатали-хан, тарковский шамхал Муртазали, буйнакский владетель Баммат, кайтагский уцмий Амир Гамза, табасаранский Рустам-кадий, казикумухский хан Мухаммад и.т.д., а также майор Фромгольд с российской стороны[44]. На вторых сборах было достигнуто мирное соглашение, в соответствии с которым Амир Гамза и Рустам-кадий обязались «дербентского и кубинского хана оставить спокойно означенными ему подлежащими владениями владеть и никакой обиды его подданным, равно и ему не чинить, в торгах между его и нашими людьми никакого помешательства и грабежи не делать, а напротив того показывать каждому всякое вспоможение. А если кто из наших подвластных в том окажется преступительным, то обиженному делать подлежащее удовольствие»[45]. Кроме того, майор Фромгольд писал, что «… желаемого спокойствия здесь никогда быть не может. Ибо уцмий и кадий, хотя и дали свою подписку в том, чтобы хану (Фатали-хану. — прим) ничего не делать, однако, сие показывают они по одной наружности . . ., а внутренне пылают к нему злобой . . ., не упустят ни малого времени возобновить на него своё гонение»[46].

В сентябре 1775 года Екатерина II предписала Г. А. Потёмкину: «Чтоб со славой поправить усердный, но неосторожный и хлопотливый поступок Демедема, надлежит возвратить ключи Дербента и восстановить Фет-Али-хана»[47]. В конце года русские войска были отозваны из Дагестана в Кизляр. К этому периоду жизни Фатали-хану приписывается основание селения Ханмагомедкала (ныне Мамедкала Дербентского района Дагестана). Согласно И. Гаджинскому кубинский хан «обратил внимание на племянника уцмия, храброго Магомед-Хан-бека, обиженного своим дядей, ласками и разными средствами привязал его к себе, и в 20 верстах от Дербента, к северу, построил крепость, которую назвал Магомед-хан-каласы. Сюда переселил он двести семейств из Кубы, назначив здесь местопребывание Магомед-хан-бека»[48]. Кроме того, кубинскому хану удалось привлечь на свою сторону сына казикумухского хана Магомед-хана — Шимардан-бека, которому во владение была отдана часть Кюринского округа до Кабирека, принадлежавшего Дербенту, и Гюнейский магал, принадлежавший Кубе[41].

В 1776 году, в Табасаране, скончалась Ханум-бике Карахан-бек Кизы, являвшейся опекуном своего немого сына майсума Новруз-бека, чем воспользовался один из родственников майсума Али-Кули, убив его и двух его сыновей. При поддержке кадия Северного Табасарана Рустама он стал новым майсумом. Двоюродные братья убитого Новруз-бека, сыновья Шейх-Али-бека, Магомед-Гусейн-бек, Сограб-бек, Шихали-бек и Мустафа-бек, отправились к Фатали-хану. Последний, призвав к себе в Дербент Али-Кули, лишил его звания майсума и отправил в Сальяны, а в майсумстве с его помощью был возведён майсумом Магомед-Гусейн-бек[49]. Утверждение своего ставленника в Южном Табасаране играло значительную роль в борьбе за подчинение южнодагестанских владетелей. В рапорте кизлярского коменданта говорится: «По склонности его (то есть майсума — прим.) к нему (Фатали-хану — прим.) мог бы он (то есть Фатали-хан — прим.) способнее им, уцмию и кадию впредь мстить и привесть их под свою власть…»[50].

Через некоторое время, кубинский хан начал терроризировать ахтынскую общину. По просьбе ахтынцев, осенью 1782 года, Умма-хан совершил новый поход на Фатали-хана, разорил кубинские селения, и «ненаказанно» вернулся в свои владения[51].

Умма-хан неоднократно обращался к русским правителям Екатерине II, а затем Павлу I с просьбой о принятии его под покровительство или в подданство России[52][53]. Так в сентябре 1786 года Умма-хан изъявил желание вступить под покровительство России и отказал в помощи восставшему против неё в Чечне шейху Мансуру[52], после того, как тот в 1785 году установил с ним связь, как с самым влиятельным из правителей Дагестана[54].

Гасан Алкадари приводит выписки из текста письма Уммахана правителя Аварского Шейху Мансуру[55]:

Во времена когда появился знаменитый религиозный деятель Мансур, он начал проповедовать законы шариата в Чечне, и возжелал на примере Чечни так-же и в Дагестанском округе воплотить свои планы. Умахан решил воспрепятствовать этому, запрещал слушать проповеди Шейха Мансура Аварскому народу. Мне самому довелось видеть старую книгу в которой было письмо написанное от Уммахана Мансуру которое содержит следующее послание: «Много почитаемый Шейх Мансур, в своих призывах ты желаешь, чтобы я и народ Дагестанский вместе с народом Чечни направились в Крым воевать с русскими, чтобы послужить исламу. Но у русских огромные силы. Воинство намеревающиеся выступить против них должно обладать хотя бы равной силой и обладать военными навыками необходимые для ведения долгой и затяжной войны. Дагестанский народ не обладает таким воинством. Чтобы содержать воинов они должны в течение недели совершать набеги в Грузию с небольшими затруднениями, захватывать добычу и быстро возвращаться. Такими хитростями они здесь и живут. Известно такими методами перед Российской империей успехов не достигнуть, это может стать гибелью для Дагестанского народа. Поэтому я не могу тебе ни чем помочь".

Уммахан пресекал любую связь дагестанцев с Шейхом Мансуром. Воспрещал помогать или вступать в союзники Шейху Мансуру, так же как и другие дагестанские владетели[56].

В одном из писем на имя Екатерины II, Уммахан писал, что «превзойдёт всех князей и прочих народов службой Её величеству ― и будет усерднее оказывать услуги России»[52]. Императрица предварительно одобрила прошение, отпустив его посла с подарками для Умма-хана и повелев Кавказскому генерал-губернатору генерал-поручику графу П. С. Потёмкину ежегодно «отпускать» хану аварскому на содержание его войска по 6000 рублей. Последний также извещал Умма-хана, что без оказания конкретных услуг престолу российскому на щедроты рассчитывать не следует и прежде ему нужно издать соответствующее постановление. Однако вскоре стало известно, что в то же время Умма-хан в преддверии Русско-турецкой войны заключил некие соглашения с Портой, склонявшей дагестанских владетелей к войне с Россией, и получил от неё кроме дорогих подарков 8000 червонных[57][58].

В конце 1786 года, Умма-хан начал поход на Шемаху. Причиной этому послужило то, что Фатали-хан Кубинский нарушил условия договора о выплате Умма-хану 5 тысяч рублей ежегодно[59]. Умма-хан начал собирать войска со всей Аварии. Подойдя к Шемахе, горцы внезапно напали и захватили город. Шемаха была сожжена, а жители перебиты. Сожжён был и близлежащий город Кухнашахар, после чего Умма-хан вернулся обратно в горы[4]. Кубинский хан вынужден был вступить с Умма-ханом в переговоры, отдал ему в жёны свою дочь, передал Сальянский округ[2] и 200 тысяч рублей контрибуции[10][60]. Брак между Умма-ханом и дочерью Фатали-хана не состоялся, так как вследствие её малолетства замужество не было возможно[61].

В 1788 году Умма-хан, собрав 20000 человек, вновь совершает поход на Фатали-хана Кубинского и осаждает город Аксу. Согласно рапорту командующего Кубанским и Кавказским корпусами генерал-анш. П. А. Текелли президенту Военной коллегии Г. А. Потемкину об оказанной шамхалом Бамматом военной помощи Фетали-хану и из письма тарковского шамхала командующему Кавказским корпусом генералу П. А. Текелли следует, что его войска прибыли на помощь осаждённым, разбили аварское войско и вынудили их отойти в Карабах[62]. Сам Фатали-хан в своём донесении генералу П. А. Текелли объясняет отход войск Умма-хана следующим образом: «Ума-хан же аварский, видя готовность мою на ополчение и невозможность ево противоборствовать, сделал со мною примирение и возвратился в Карабаг, где и доднес находится»[63]. Грузинский царь Иралий II, который в своём письме извещает графа Потёмкина о том, что поскольку «войска состояли с обеих сторон из дагистанцов, то и не могли произойти решительной баталии»[64]. Таким образом, при вмешательстве шамхала Тарковского Умма-хан вынужден был отойти в Карабах[65].

Спустя три года после этих событий, Фатали-хан скончался, после чего в Кубе произошёл переворот. К власти пришёл Манап — сын Мухаммадали-хана, правителя Шемахи при Надир-шахе. Однако правил он не долго — через 15 дней, объединённое войско аварского, мехтулинского и карабахского ханов взяли Кубу, сместили, а затем убили Манапа[66].

В одном из этих походов, в 1201 году по хиджре (1786/1787 год), погиб брат Уммахана — Сурхай[67][68].

В 1796 году Умма-хан отказался поддержать Сурхай-хана Казикумухского, выступившего по призыву турецких эмиссаров против России, и обратился к генерал-аншефу графу В. А. Зубову с просьбой о принятии его в российское подданство. Последний гарантировал, что в этом случае Умма-хану будет назначено ежегодное жалование и то, что дань от грузинского царя останется в прежнем размере. Также Зубов заверил, что «служа великой Императрице, хан учинится ему братом». Однако Умма-хан, по его же заявлению, опасался того, что, вступив в российское подданство, он может быть «сравненным с мелкими владельцами» и не будет получать положенного жалования, вследствие чего просил выдать его за год вперёд и за два года вперёд ― деньги, которые он должен получить от грузинского царя. Выдвинутые им условия не были удовлетворены и переговоры окончились ничем[69].

В августе 1800 года Умма-хан обратился к начальнику кавказской дивизии генерал-лейтенанту барону К. Ф. Кноррингу с просьбой, адресованной к Павлу I, о принятии Аварского ханства под покровительство России[70][71]. Последний одобрил прошение Кнорринга о прибытии аварского посла в Санкт-Петербург. Ту сумму (5000 рублей), которую грузинский царь ежегодно выплачивал аварскому хану, Россия обязалась выплачивать сама, как пожизненный пенсион в «награду за его верность»[72]. Однако в то же время Умма-хан со своим войском вторгся в, находившуюся уже под покровительством России, ГрузиюПерейти к разделу «#Последние походы», что было несопоставимо с его просьбой о покровительстве[73][74].

Война с Кахетией

Возвращение с набега

Осенью 1785 года Умма-хан, при поддержке Али-Султана Мехтулинского собрал войско, в очередной раз пошёл в набег на Грузию[75]. Грузинский царь Ираклий II собрал против него своё собственное войско, призвал осетин и ингушей[76]. На помощь грузинам прибыл русский отряд под командованием Степана Бурнашева[77].

Умма-хан форсированным маршем пересёк Караязскую степь, взял в Борчало крепость Агджа-кала. В этом бою грузинская сторона потеряла убитыми 640 человек, 860 было взято в плен. Затем аварцы разгромили ахтальские рудники и медеплавильные заводы, после чего двинулись в сторону Лори и разорили этот регион. В конце октября — начале ноября Умма-хан совершил налёт на Верхнюю Имеретию, захватил и разорил там Ваханскую крепость[78]. В крепости «было обоего пола до 700 душ. Все мужчины преданы смерти, кроме князей[к 5],а строения в замке обращены в пепел». Затем Умма-хан двинулся в Ахалцихе и расположился там на зимовье.

В это время Умма-хан начал готовить новый поход из Ахалкалаки к Цхинвальскому ущелью[80]. Узнав об этом, Ираклий II запросил мира у аварского хана. «Ираклий II, не располагавший в тех условиях достаточными силами для отпора противнику, вынужден был тогда принять унизительное условие мира с Омар-ханом — стать его данником»[81], с обязательством уплачивать ежегодно 10 тыс. рублей серебром и выкупить пленных за 50 рублей с человека[77][82].

В апреле 1786 года Умма-хан через Ереванское ханство ушёл в Карабах, к своему союзнику Ибрахим-хану[83]. Оттуда через Грузию и Ширван Умма-хан вернулся на родину, разграбив по пути Гянджинское ханство и взяв с него контрибуцию в размере 5 тысяч рублей[2][18].

Поход на Нахичевань

В 1787 году Умма-хан, с войском, отправился в Грузию, а оттуда в Карабах к своему зятю Ибрагим-хану. Затем, нуцал двинулся к Нахичевани и захватил его после 17-дневной осады. Через некоторое время на аварцев внезапно напали войска «семи азербайджанских ханств»[к 6] и воины из других мест. Азербайджанское войско было разбито и обращено в бегство. Аварцы приступили к их преследованию, и в итоге азербайджанцы потеряли убитыми свыше 500 человек. В то же время к Умма-хану прибыла делегация из Карабаха с просьбой о помощи. Они сообщили, что на них напали конные отряды карадагского хана. Узнав о движении войск Умма-хана, карадагское войско рассеялось. Затем Умма-хан вместе с карабахским войском подошёл к пределам Карабаха, настиг там карадагских грабителей, разгромил и обратил их в бегство. Достигнув Карадага, Умма-хан разорил этот регион. По словам Х. Геничутлинского, «в каждом селении, в каждом городе, куда врывались войска Ума-хана, были всегда смерть и разрушения». В частности, была захвачена крепость Гумуш и уничтожено её население, трижды был взят город Гавази и т. д.[4]. Завершив свои дела в Закавказье, Умма-хан вернулся в Джар[4][84].

Противостояние с Ираном

После смерти в 1779 году шаха Карим-хана Зенда Иран охватил внутренний кризис. Различные группировки вступили борьбу за власть, и в итоге правителем Ирана стал предводитель племени каджаров — Ага-Мохаммед. Захватив, в 1791 году, последний оплот Зендов — город Шираз, Ага-Мохаммед начал готовить войска к покорению Закавказья. В 1795 году шекинский хан Мухаммад-Хасан изъявил покорность иранскому шаху и получил от него войско, с которым должен был завоевать Ширван. В это же время младший брат Мухаммад-Хасана, Селим, обратился к Умма-хану с просьбой о помощи в борьбе за шекинский престол. Нуцал отправил отряд во главе с визирем Алисканди против Мухаммад-Хасана, разбил шахское войско, захватил Шеки и поставил на ханский престол Селима. Мухаммад-Хасан бежал к Ага-Мохаммеду, который за потерю крупного отряда выколол ему глаза и отправил в Тебриз[85].

В 1797 году Ага-Мохаммед совершил поход в Карабахское ханство. Ибрагим-хан, не имевший достаточных сил для сопротивления, приказал жителям скрыться в горах, а сам, вместе с семьёй, ушёл к аварскому хану. Однако вскоре, Ага-Мохаммед был убит в результате заговора, а голова его была отсечена и отправлена в Аварию[86].

Последние походы

Несмотря на договор с Ираклием II о выплате Умма-хану ежегодного жалования, последний под тем или иным предлогом вторгался в пределы Грузии и грабил её. В 1796 году, после размещения российских войск в Грузии, выплата дани прекратилась[87][88]. Умма-хан, в ответ, отправил в Картли-Кахетию своего брата Гебека и визиря Алисканди с войском. Кахетия была разграблена. Аварцы сожгли дотла 6 деревень[89], а жителей и скот увели с собой в горы[90].

После смерти Ираклия II, грузинский трон занял его старший сын Георгий XII. По завещанию Ираклия, после смерти Георгия, престол должен был перейти следующему его сыну — Юлону. Однако Георгий добился назначения наследником своего сына Давида, что вызвало раздор в семье Ираклия. В 1799 году грузинский царевич Александр, недовольный решением брата, обратился к Умма-хану с просьбой захватить Тифлис и взять Грузию под своё покровительство[30]. Умма-хан поддался на уговоры царевича и двинул в Грузию войско численностью от 15 до 20 тысяч человек. В то же время иранский шах Фетх-Али направился в сторону Грузии и перешёл реку Аракс, однако через некоторое время повернул назад, решив не провоцировать войну с Россией. Умма-хан, тем не менее, двинулся дальше по грузинской равнине[91].

Поначалу военная удача сопутствовала хану, он захватил довольно большую добычу и направился к Тифлису. Тем временем ему на встречу двинулись отряды генерала Лазарева и Гулякова и расположились у реки Иори. Туда же поспешило малочисленное грузинское ополчение. Войско Умма-хана и объединённый русско-грузинский отряд по разным берегам реки Иори направилялись к Сагареджо в двух километрах друг от друга. Умма-хан планировал ударить по Тифлису двумя колоннами с разных сторон: он со стороны Картли, а царевич со стороны Кахетии. В колонне Александра было 2 тыс. человек, к нему должны были примкнуть его братья Вахтанг, Юлон и Фарнаваз со своими силами. Однако, 7 ноября, часть горцев, без разрешения Умма-хана, атаковала русский отряд. Аварский нуцал, узнав о начале боевых действий, прибыл на место и нанёс удар по грузинскому отряду. Они не выдержали натиска и стали в панике отступать. После трёхчасового боя, с наступлением ночи, Умма-хан дал команду отступить. Умма-хан потерпел сокрушительное поражение, а русские войска потеряли всего лишь три человека.

Умма-хан и царевич Александр решили повторить атаку весной, а зиму провести в Карабахе. Однако из за нехватки продовольствия хан отпустил своё войско по домам, а сам отправился в Белоканы[1][18].

Смерть

В начале 1801 года, Умма-хан собрал 3-х тысячное войско для похода против Гянджинского ханства. Российские власти в Грузии, обеспокоенные этим, стали укреплять границы Кахетии, перебросив туда несколько воинских подразделений[4][18]. Однако в марте этого же года, хан внезапно заболел и умер. Похоронен в Джарах[1]. По другим сведениям, Умма-хан был тяжело ранен в бою при Иоре и умер в Илису[2].

Х. Геничутлинский сообщает, что Умма-хана могли отравить. Он пишет: «распространился слух — причина смерти Уммахана, в том что Джавадхан, эмир Гянджи, передал яд служанке упомянутого Абдуллы[к 7], которая подмешала его в еду Уммахана», отчего он и умер. Услышав эти разговоры, Мухаммад, сын Абдуллы, развел большой костер и бросил туда эту женщину[4].

После смерти хана аварцы погрузились в траур и тяжело переживали эту утрату[1]. Со смертью Умма-хана пресеклась мужская линия древних нуцалов[92]. Поскольку у Умма-хана не было сыновей, власть над Аварией перешла его брату по отцу Гебеку, матерью которого была грузинка Марьям. Для утверждения своей власти в Аварии, Гебек заключил брак с вдовою Умма-хана Гихилай. Гихилай же, с давнего времени испытывала к Гебеку вражду, и согласилась выйти замуж только ради того, чтобы воспользоваться случаем и отомстить ему. Однажды она пригласила Гебек-хана к себе в дом, где он был в присутствии Гихилай убит[93]. Пустующий престол, по приглашению аварцев, занял Султан-Ахмед Мехтулинский, который был женат на дочери Умма-хана Баху-бике[23].

Семья

У Умма-хана было три жены:

  • Гихили — бездетная кумыкская княгиня, старшая жена Умма-хана[94]. После убийства Гебек-хана, вышла замуж за Султан-Ахмеда Мехтулинского[95].
  • Хистаман из рода правителей Кайтага, от которой у него родилась дочь Баху-бике[96] — будущая ханша Аварии[97]. Она вышла замуж за Султан-Ахмеда Мехтулинского[23]. Баху-бике, как и вся семья аварских ханов, была убита в 1834 году после взятия Хунзаха войсками Гамзат-бека[15][98].
  • Дареджан Абашидзе — дочь имеретинского князя Евгена Абашидзе, взятая в плен Умма-ханом в 1785 году и вышедшая впоследствии за него замуж[79]. Она родила Умма-хану девочку по имени Яхси-Патимат[96]. После смерти родителей, Баху-бике оскорбила Яхси-Патимат, заявив, что «рождённый грузинкой — раб», и лишила её отцовского богатства. До конца дней она прожила в ханском хуторе, близ Хунзаха, так и не вышла замуж, и умерла от чумы в 1813 или 1814 году[4].

Примечания

Комментарии
  1.  В русских источниках известен также под именем Омар-хан[3].
  2.  Нуцал — титул ханов Аварии[8].
  3.  Вольные общества — объединения сельских общин полупатриархально-полуфеодального типа в Дагестане, сохранявших независимость от феодальных владетелей[13].
  4.  Дань была наложена на жителей Большой Чечни, где проживали ичкеринские и ауховские чеченцы.
  5.  Речь идёт о имеретинских князьях Абашидзе, которым принадлежала крепость. Все князья были захвачены в плен. Среди них были две дочери князя Евгена Абашидзе. Одну из них Умма-хан подарил Ибрахим-хану Карабахскому, на которой тот женился. Она потом родила карабахскому хану сына и дочь. Другую княжну Абашидзе аварский хан оставил себе. Впоследствии она стала его женой[79].
  6.  Согласно Х. Геничутлинскому это были войска Ереванского, Хойского, Марагинского, Карадагского, Урмийского и некоторых других ханств.
  7.  Хозяин усадьбы, в которой умер Умма-хан.
Источники
  1.  Перейти обратно:1 2 3 4 5 Мирза Адигезаль-бек. Карабаг-наме / Пер. с азерб. В. Н. Левиатова. — АН Азербайджанской ССР. — Б., 1950.
  2.  Перейти обратно:1 2 3 4 Аббас-Кули-ага Бакиханов. Гюлистан-и Ирам / Пер. с перс. З. М. Буниятова. — АН Азербайджанской ССР. — Б.: Элм, 1991. — ISBN 5-8066-0236-2.
  3.  Алиханов, 2005, с. 158.
  4.  Перейти обратно:1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Х. Геничутлинский. Историко-биографические и исторические очерки / Пер. с араб. Т. М. Айтберова. — Дагестанский научный центр РАН. — Мх., 1992.
  5.  Атаев Б. М. Аварцы: язык, история, письменность. — Махачкала, 2005, стр. 192—193
  6.  Гаджиева М. Н. Аварцы. История, культура, традиции. С. 14
  7.  Омарова Г. А. Некоторые аспекты политики аварских ханов в отношении России (XVIII — нач. XIX в.)
  8.  С. М. Броневский. Историческия выписки о сношениях России с Персиею, Грузиею и вообще с горскими народами, в Кавказе обитающими, со времен Ивана Васильевича доныне. — Институт востоковедения РАН. — СПб.: Петербургское востоковедение, 1996. — 234 с. — ISBN 5-85803-025-4.
  9.  Р. М. Магомедов, А. М. Магомедов. Хронология истории Дагестана. — Институт востоковедения РАН. — Мх.: Эпоха, 1996. — 200 с. — ISBN 978-5-98390-111-7.
  10.  Перейти обратно:1 2 Б. Г. Алиев. Традиционные институты управления и власти Дагестана XVIII — первая половина XIX в.. — Институт ИАЭ ДНЦ РАН. — Мх., 2006. — 378 с.
  11.  Бакиханов, 1991, с. 161.
  12.  Искендер-бек Гаджинский. Жизнь Фет-Али-хана Кубинского // газета «Кавказ». — Тф., 1947. — № 48.
  13.  Вольные общества Дагестана // Большая советская энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия.
  14.  Ю. У. Дадаев. Государство Шамиля: социально-экономическое положение, политико-правовая и военно-административная система управления. — Мх.: Ихлас, 2005. — С. 21.
  15.  Перейти обратно:1 2 3 Б. М. Атаев. Аварцы: язык, история, письменность. — Дагестанский научный центр РАН. — Мх., 2006. — 287 с. — ISBN 5-94434-055-X.
  16.  Перейти обратно:1 2 3 А. А. Неверовский. Краткий исторический взгляд на северный и средний Дагестан до уничтожения влияния лезгинов на Закавказье. — Книга по Требованию. — СПб.: Тип. военно-учебных заведений, 1848. — 44 с. — ISBN 978-5-518-06845-2.
  17.  Я. И. Костенецкий. Записки об Аварской экспедиции на Кавказе 1837 года. — Книга по Требованию. — СПб.: Тип. Э. Праца, 1851. — 122 с. — ISBN 978-5-518-08193-2.
  18.  Перейти обратно:1 2 3 4 М. М. Гасаналиев. Взаимоотношения России с Аварским ханством в 1774—1801 гг. // Вопросы истории. — М., 2012. — № 5.
  19.  Хрисанф. Сведения об Аварском ханстве // История, география и этнография Дагестана XVIII—XIX вв.. — М. : Восточная литература РАН, 1958. — С. 273.
  20.  Г. М. Мирзамагомедов, Н. И. Стоянова. Дибир-кади Хунзахский — письмоводитель правителей Аварии // Дибир-кади из Хунзаха и вопросы гуманитарного наследия дореволюционного Дагестана. — Мх. : Институт языка, литературы и искусства им. Г. Цадасы Дагестанского научного центра РАН, 2012. — С. 20—45.
  21.  У. Лаудаев. Чеченское племя // Сборник сведений о кавказских горцах. — Тф.: Тип. Главного управления Наместника Кавказского, 1872. — Вып. 6. — ISBN 978-5-4458-0423-9.
  22.  Ф. В. Тотоев, П. А. Кузьминов. Общественный строй Чечни: вторая половина XVIII — 40-е годы XIX века. — Нальчик: Эль-Фа, 2009. — С. 238. — 374 с. — ISBN 978-5-88195-977-7.
  23.  Перейти обратно:1 2 3 М. Г. Магомедов. История аварцев. — Мх.: Дагестанский государственный университет, 2005. — 250 с. Архивировано 11 июля 2012 года. Архивированная копия (недоступная ссылка). Дата обращения: 22 декабря 2017. Архивировано 11 июля 2012 года.
  24.  Аммаев М. А. Кавказ в геополитике Великих держав. — Махачкала, 2000.
  25.  Т. М. Айтберов. Материалы по хронологии и генеалогии правителей Аварии // Источниковедение средневекового Дагестана. — Мх., 1986. — С. 159.
  26.  Алкадари, 1994, с. 81.
  27.  В. Багратиони. История царства Грузинского / Перевод, предисловие, словарь и указатель: Н. Т. Накашидзе. — Тб.: Мецниереба, 1976. — 340 с. — (Памятники грузинской исторической литературы). — 5500 экз.
  28.  С. С. Коваленский. Записка С. С. Коваленского о Грузии // Акты Кавказской археографической комиссии. — Тф., 1866. — Т. 1. — С. 111—124.
  29.  Ф. Нагдалиев. Ханы Нахичеванские в Российской Империи. — М.: Новый аргумент, 2006. — 430 с. — ISBN 5-903224-01-6.
  30.  Перейти обратно:1 2 История Дагестана / Сост. В. Г. Гаджиев, гл. ред. Г. Д. Даниялов. — М.: Наука, 1967. — Т. 1. — 433 с.
  31.  Перейти обратно:1 2 История Дагестана. — М.: Наука, 1967. — Т. 1. — С. 377.
  32.  Перейти обратно:1 2 3 Аббас-Кули-Ага Бакиханов. «Гюлистан-и Ирам». ПЕРИОД ПЯТЫЙ: От смерти Надир-шаха до заключения Гюлистанского мира между Россией и Персией (1747—1813 гг.). Дата обращения: 1 февраля 2012. Архивировано 3 февраля 2012 года.
  33.  В. Г. Гаджиев. Русско-дагестанские отношения в XVIII — начале XIX века: сборник документов. — М.: Наука, 1988. — С. 152.
  34.  Левиатов, 1948, с. 134.
  35.  Перейти обратно:1 2 3 Гаджиев В. Г. Роль России в истории Дагестана. — Наука, 1965. — С. 142.
  36.  Гаджиева С. Ш. Дагестанские азербайджанцы XIX — начало XX в: историко-этнографическое исследование. — «Восточная литература» РАН, 1999. — С. 170.
  37.  Левиатов, 1948, с. 135.
  38.  История Азербайджана. — Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1958. — Т. 1. — С. 346.
  39.  Гаджиева С. Ш. Дагестанские азербайджанцы XIX — начало XX в: историко-этнографическое исследование. — «Восточная литература» РАН, 1999. — С. 171.
  40.  Перейти обратно:1 2 Левиатов, 1948, с. 137.
  41.  Перейти обратно:1 2 3 История Дагестана. — М.: Наука, 1967. — Т. 1. — С. 379—380.
  42.  Перейти обратно:1 2 Рамазанов Х. Х., Шихсаидов А. Р. Очерки истории Южного Дагестана. — Махачкала: Дагестанский филиал Академии наук СССР, 1964. — С. 185.
  43.  История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в. — Наука, 1988. — С. 447. — ISBN 5020094862, 9785020094864.
  44.  История Дагестана. — М.: Наука, 1967. — Т. 1. — С. 381.
  45.  Гаджиев В. Г. Роль России в истории Дагестана. — М.: Наука, 1965. — С. 145.
  46.  Гаджиев В. Г. Роль России в истории Дагестана. — М.: Наука, 1965. — С. 146.
  47.  О. П. Маркова, 1966, с. 157.
  48.  Гаджиева С. Ш. Дагестанские терекеменцы: XIX - начало XX в. — Наука, 1990. — С. 19. — ISBN 5020167614, 9785020167612.
  49.  Рамазанов Х. Х., Шихсаидов А. Р. Очерки истории Южного Дагестана. — Махачкала: Дагестанский филиал Академии наук СССР, 1964. — С. 186.
  50.  Абдуллаев Г. Б., 1958, с. 92.
  51.  Ш. М. Хапизов. Ума-нуцал (Умахан) Великий: очерк истории Аварского нуцальства второй половины XVIII в. / П. И. Тахнаева. — Национально-культурная автономия аварцев. — Мх., 2013. — С. 69—70. — 216 с. — ISBN 978-5-4242-0152-3.
  52.  Перейти обратно:1 2 3 Атаев, 2006, с. 192—193.
  53.  Омарова, 2015, с. 79.
  54.  [1]
  55.  А. Бенингсен. «Священная война» шейха Мансура на Кавказе в 1785—1791 гг. Малоизвестный период и соперничество в русско-турецких отношениях. Рукописный фонд ИИЯЛ Дагестанского Филиала АН СССР.ф.1, ед.хр.469-а
  56.  Составил Мирза Гасан-Эфенди сын Гаджи Абдулла-Эфенди Алкадари Дагестани Перевод и примечания али гасанова Махачкала слово об алкадари настоящая книга 1929 г..
  57.  Бутков, 1869, с. 189―190 / Ч. 2.
  58.  Карпов, 2007, с. 378—379.
  59.  М. Гайдарбеков. Хронология истории Дагестана: переводы с арабских документов. — Мх.: Институт истории, археологии и этнографии ДНЦ РАН, 1970—1971.
  60.  А. Г. Серебров. Историко-этнографическое описание Дагестана // История, география и этнография Дагестана XVIII—XIX вв.. — М. : Восточная литература РАН, 1958. — С. 187.
  61.  Г. Алкадари. Асари-Дагестан: исторические сведения о Дагестане / Пер. и прим. А. Гасанова. — Мх.: Юпитер, 1994. — С. 82. — 158 с.
  62.  ЦГВИА. Ф. 52. On. 194. Д. 481. Л. 59, 60. Подлинник. 210
  63.  Гаджиев В. Г. Русско-дагестанские отношения в XVIII — начале XIX века: сборник документов. — М.: Наука, 1988. — С. 211.
  64.  Межкавказские политические и торговые связи Восточной Грузии (конец 60-х — начало 90-х гг. XVIII в.): документы и материалы / АН ГССР, Комиссия по источникам истории Грузии. — Тбилиси, 1980. — С. 107.
  65.  Гаджиев В. Г. Русско-дагестанские отношения в XVIII — начале XIX века: сборник документов. — М.: Наука, 1988. — С. 210.
  66.  Бутков, 1869, с. 280 / Т. 2.
  67.  Айтберов Т. М. Источники по истории Аварии XVI—XVII вв. — Развитие феодальных отношений в Дагестане. Махачкала, 1980., с. 189, 190
  68.  Гемрекели В. Н. Межкавказские политические и торговые связи Восточной Грузии: Документы и материалы. Тбилиси, 1980, вып. 1, с. 158
  69.  Дубровин, 1886, с. 161―162 / Т. 3.
  70.  АКАК, 1866, с. 108, № 26.
  71.  Гасаналиев, 2012, с. 159―160.
  72.  Алиев, 2006, с. 104.
  73.  Дубровин, 1886, с. 319―320 / Т. 3.
  74.  Бобровский, 1893, с. 105 / Ч. 3.
  75.  ИОКВ, 1899, с. 395.
  76.  Г. Д. Тогошвили, И. Н. Цховребов. История Осетии в документах и материалах. — Цхинвал: Государственное издательство Юго-Осетии, 1962. — С. 265.
  77.  Перейти обратно:1 2 Военная энциклопедия / Под ред. В. Ф. Новицкого и др. — СПб.: Товарищество И. В. Сытина, 1912. — Т. 8. — С. 511—514. — 642 с.
  78.  Н. А. Бердзенишвили, В. Д. Дондуа, М. К. Думбадзе, Г. А. Меликишвили, Ш. А. Месхиа. История Грузии. — Тбилиси: Государственное издательство учебно-педагогической литературы, 1962. — Т. 1. — 510 с.
  79.  Перейти обратно:1 2 Фарид Айсар. Умма-хан Аварский и Нагорный Карабах // газета «Настоящее время». — Тф., 2010. — № 2.
  80.  С. С. Какабадзе. Грузинские документы института народов Азии АН СССР / Р.Р.Орбели. — Академия наук СССР. — М.: Наука, 1967. — С. 226.
  81.  Д. Л. Ватейшвили. Грузия и европейские страны: очерки истории взаимоотношений XIII—XIX века. — М.: Наука, 2006. — Т. 3. — С. 109. — 510 с. — ISBN 5-02-008871-4.
  82.  ИОКВ, 1899, с. 206—207.
  83.  А. И. Брегвадзе. Славная страница истории: добровольное присоединение Грузии к России и его социально-экономические последствия. — М.: Мысль, 1983. — 178 с.
  84.  Г. Алкадари. Асари-Дагестан: исторические сведения о Дагестане / Пер. и прим. А. Гасанова. — Мх.: Юпитер, 1994. — С. 97. — 158 с.
  85.  А. Г. Серебров. Историко-этнографическое описание Дагестана // История, география и этнография Дагестана XVIII—XIX вв.. — М. : Восточная литература РАН, 1958. — С. 192, 195.
  86.  В. А. Потто. Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях: в 5-ти томах. — М.: Тип. Е. А. Евдокимова, 1877. — Т. 1. — С. 212. — ISBN 978-5-9524-3151-5.
  87.  В. В. Алексеев. История наказывает за невежество // Кто есть кто. — М. : Русский биографический институт, 2008. — № 1—6.
  88.  Б. Б. Андроникашвили. Надежд питомцы золотых: история русско-грузинских отношений с середины XVII века до 1801 года. — М.: Мысль, 1992. — 304 с. — ISBN 5-244-00520-0.
  89.  А. А. Цагарели. Грамоты и другие исторические документы XVIII столетия относящиеся к Грузии. — СПб.: Тип. В. Каршбаума, 1902. — Т. 2. — С. 267. — 404 с. — ISBN 978-5-517-96209-6.
  90.  Бутков, 1869, с. 437 / Т. 2.
  91.  Джон Баддели. Завоевание Кавказа русскими / Пер. с англ. Л. А. Калашниковой. — М.: Центрполиграф, 2011. — ISBN 978-5-227-02749-8.
  92.  В. А. Потто. Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях: в 5-ти томах. — М.: Тип. Е. А. Евдокимова, 1877. — Т. 2. — С. 195. — ISBN 978-5-9524-3151-5.
  93.  Записка о сношениях с аварскими ханами с 1800 по 1838 год // История, география и этнография Дагестана XVIII—XIX вв.. — М. : Восточная литература РАН, 1958. — С. 353.
  94.  Б. Б. Атаев. Князь-князей Мехтибек Тарковский: исторический роман. — Мх.: Эпоха, 2004. — 282 с.
  95.  Кавказский календарь на 1859 год. — Тф.: Главное управление Наместника Кавказского, 1858. — 561 с.
  96.  Перейти обратно:1 2 Источниковедение средневекового Дагестана: сборник статей / Сост. Г. М. Оразаев. — Дагестанский филиал АН СССР, Институт истории, языка и литературы им. Г. Цадасы. — Мх., 1986. — 174 с.
  97.  Н. Ф. Яковлев. Дагестанский сборник. — Мх.: Дагестанское государственное издательство, 1927. — Т. 3. — 278 с.
  98.  Д. П. Неверовский. Истребление Аварских ханов в 1834 году. — СПб.: Тип. военно-учебный заведений, 1848.

Литература

368940. Россия, Республика Дагестан, с. Кахабросо, E-mail: dagistan@mail.ru